Вашингтон потребовал от России «немедленно посадить» военные самолеты в Сирии

0
504

Такое заявление сделала американский постпред при ООН Келли Крафт в ходе заседания Совбеза по ситуации в Идлибе. Она также подчеркнула, что США выступают против астанинских договоренностей по урегулированию в Сирии

Вашингтон потребовал от России «немедленно посадить» военные самолеты в Сирии

Обновлено в 18:33

Постоянный представитель США при ООН Келли Крафт в ходе заседания Совбеза по ситуации в сирийском Идлибе призвала Россию «немедленно посадить боевые самолеты» в Сирии, сообщает РИА Новости.

Она также обратилась к генсеку ООН Антониу Гутерришу с просьбой сделать все возможное, чтобы добиться прекращения огня в Идлибе. В свою очередь российский постпред Василий Небензя сообщил, что турецкие войска поделились с Россией координатами, которые затем были переданы сирийской армии, чтобы избежать конфликта на месте.

«Координаты, переданные вчера, не содержали упоминания тех мест, где в итоге погибли турецкие военные. Как только стало известно, что это произошло, российской стороной были приняты исчерпывающие меры для прекращения огня, обеспечена безопасная эвакуация погибших и раненых. При этом, чтобы исключить возможные спекуляции, Минобороны России подтвердило, что Воздушно-космические силы России не применяли боевую авиацию в районе Бехуна».

Постпред Турции при ООН оспорил слова российского коллеги, заявив, что «следы радара» показали, что сирийские и российские самолеты летели в строю во время атаки.

В ночь на пятницу, 28 февраля, в результате авиаудара сирийской армии в Идлибе погибли более 30 турецких военных. После этого Анкара заявила, что теперь считает силы Башара Асада вражескими целями и продолжит наносить удары. В результате турецкие власти сообщили об уничтожении более 50 сирийских солдат.

Президент Турции Реджеп Эрдоган заявил, что в телефонном разговоре с Владимиром Путиным потребовал от Москвы оставить Турцию и Сирию «один на один» в этом конфликте. Анкара не планирует втягивать Москву в прямое столкновение в Идлибе, считает политолог, главный редактор журнала «Россия в глобальной политике» Федор Лукьянов.

— Турция не будет доказывать причастность России, даже если у нее были бы или есть точные сведения об этом. Доказав причастность России, Турция загоняет себя в очень страшный угол, тогда надо враждебными силами объявлять не сирийские, а российские, а это уже переход на такой уровень эскалации, который вообще непонятно чем закончится. Турции это, извините за неполиткорректное выражение, не по зубам. Поэтому версия, по которой солдаты стали жертвами сирийского налета, в общем, всех устраивает. Россия совершенно не намерена выносить это куда-то за пределы российско-турецких разговоров и переговоров.

— О вмешательстве Эрдоган вчера совещался с США и представителями ЕС, поддерживают ли они военные действия Турции в Сирии?

— Они высказывают поддержку Турции как союзнику. Я ни разу не слышал поддержки военных действий Турции в Сирии, поскольку действия эти, строго говоря, противоречат международному праву. Обращение Эрдогана в НАТО было чисто пропагандистским, потому что было совершенно очевидно, что никакая статья устава НАТО неприменима, когда речь идет о не санкционированных НАТО действиях одного из членов на территории третьей страны.

— До какого предела готова пойти Турция? Есть ли у нее какие-то расчетные шаги и предпримет ли Эрдоган что-то до встречи с Путиным?

— Какое-то представление о том, что надо делать до встречи с Путиным, есть. Это на самом деле продолжение боевых действий, наверное, с тем чтобы действиями на земле добиться более благоприятных предпосылок для политических переговоров.

— Как развязать весь этот идлибский узел? Кто что должен сделать?

— Развязывают его с осени 2018 года, когда были достигнуты договоренности в Сочи. Имелось в виду что? Имелось в виду, что Россия и Сирия отказываются на тот момент от военного решения, а в ответ на это турецкая сторона, которая обладает большим влиянием на как минимум значительную часть присутствующих там боевиков, каким-то образом обеспечивает их умиротворение. Этого не произошло. Турция этого сделать то ли не захотела, то ли не смогла. А оставлять этот анклав в подвешенном состоянии — не вариант. Поэтому я думаю, что теперь речь будет идти примерно о тех же мерах, которые оговаривались в 2018 году, только уже в другой конфигурации. Естественно, зона контроля сирийских войск с тех пор увеличилась, а Турция будет торговаться за то, какая часть этой территории достаточна ей для решения ее проблем безопасности, ну и как-то справится с этими боевиками. Я думаю, что, цинично говоря, будет какая-то сделка: часть из этих боевиков — которые, например, к Турции отношения не имеют, и в особенности российского или постсоветского происхождения, а их там довольно много — пойдут, что называется, в расход. Что касается тех группировок, которые для Турции особенно важны, есть разные варианты. Мы вот недавно видели, как Турция аккуратно перебазировала своих сателлитов из Сирии в Ливию, и там они теперь решают другие задачи.

Встреча Владимира Путина и Реджепа Эрдогана состоится 5 или 6 марта, сообщил журналистам министр иностранных дел Турции Мевлют Чавушоглу. По его словам, вопрос о ситуации в Идлибе может быть решен только на встрече президентов двух стран.

Тем временем турецкие беспилотники атаковали штаб сирийской армии в районе Эз-Зерба к югу от Алеппо. По данным телеканала «Аль-Маядин», в результате ракетной атаки среди сирийских военных и бойцов «Хезболлах» есть погибшие и раненые.

Business FM обсудила последние события вокруг Сирии с руководителем научных исследований в институте «Диалог цивилизаций» Алексеем Малашенко.

— Чего же ждать от предстоящей встречи Путина и Эрдогана?

— Я думаю, что ждать надо того, что будет найден какой-то временный компромисс, и вся ярость боевых действий будет каким-то образом приостановлена. Другое дело, что Эрдоган ведет себя все более и более, не скажу наглее, но как-то амбициозней, потому что требовать от Кремля, чтобы Кремль прекратил поддержку Башара Асада — это просто невозможно. Если на секунду представить себе, что Кремль на это соглашается, то это полное поражение российской политики на Ближнем Востоке. Так что этого не будет. Я думаю, конкретно будет обсуждаться все-таки обстановка в Идлибе, каким образом из нее выкручиваться. Безусловно, будет какой-то пропагандистский ход, какие- то пропагандистские атаки в связи с Башаром Асадом, в связи с тем, что Эрдоган хотел бы остаться с ним один на один, я имею в виду на линии фронта, но это, конечно, не получится. Я бы встречу между Путиным и Эрдоганом рассматривал как первый этап более широкой встречи «большой четверки», то есть Германии, Франции, Турции и России, она тоже состоится. Поэтому очень важно будет, с какими итогами, с какими мнениями вот к этой встрече подойдут и Путин, и Эрдоган. Но в принципе, ожидать того, что будет достигнуто какое-то длительное соглашение… Думаю, это нереально. Можно чего-то приостановить, можно чего-то заморозить, но сама проблема совершенно очевидно останется нерешенной хотя бы по той простой причине, что Эрдоган категорически против Башара Асада и хочет с ним разделаться, а это для России невозможно.

— До встречи двух президентов Анкара все-таки идет на обострение, обстреляла вот штаб сирийских правительственных войск под Алеппо. Может ли ответить чем-то Асад в этой ситуации, какова его роль сейчас?

— Я думаю, Турция провоцирует Россию на более активное противостояние, потому что за счет вот этого противостояния с участием России она набирает очки, поскольку Башара Асада не любят на Западе, его очень не любят и раздаются постоянные требования к России, что хватит его поддерживать. Но у России безвыходное положение, она все равно его будет поддерживать, так или иначе. И, кроме того, с моей точки зрения, Башар допустил определенную погрешность, я имею в виду беженцев, потому что беженцы для европейцев — это раздражающий фактор. И пугать сейчас Европу беженцами — это значит отталкивать Европу от Турции. Тем более не будем забывать, что все это происходит в обстановке коронавируса. Я думаю, что вот на вопросе о беженцах, на том, как он разыгрывает эту карту, Эрдоган проигрывает.

Постпред США Крафт также подчеркнула, что Вашингтон выступает против астанинских договоренностей по урегулированию в Сирии. В Штатах считают, что этот формат сломан и не подлежит восстановлению.