Опий для талибов. Что ждет афганский наркобизнес после ухода США

0
21

Основа благополучия Афганистана — наркотики. Американцы не смогли ничего с этим поделать за два десятилетия оккупации. Они винили талибов (организация «Талибан» признана террористической и запрещена в России), бомбили героиновые лаборатории, потратили почти 10 млрд долларов — но производство и экспорт опия-сырца и героина только выросли. Почему у них ничего не получилось, и что будет теперь, когда талибы вернулись к власти?

Опий для талибов. Что ждет афганский наркобизнес после ухода США

Афганистан обеспечивает свыше 80% мировых поставок героина и опиатов, и объем этих поставок неуклонно растет, с поправкой на неурожайные годы. Против бедности, эпидемии, безработицы и насилия у афганцев есть рецепт — сеять больше мака. В прошлом ковидном году площадь посевов увеличилась аж на 37%, по данным ООН.

Победить наркоторговлю Афганистану удалось лишь единожды в современной истории. И как раз при талибах.

Когда на рубеже веков талибы в первый раз пришли к власти, они запретили высаживать мак. Надеялись отмыться от репутации террористов-наркоторговцев и добиться международного признания. Три года подряд они вводили запреты, и три года на них никто не обращал внимания.

В 2000 году талибы взялись за дело всерьез: отправили в поля бульдозер с журналистами и показательно арестовали нескольких крестьян. Сработало: площадь посевов усохла на 90%, а предложение героина на мировом рынке сократилось в три раза.

Однако новая политика оказалась крайне непопулярной и подорвала поддержку талибов, поскольку и без того нищие крестьяне потеряли последний доход. Успехов на внешнеполитическом фронте она также не принесла. Мирового признания талибы не дождались: случилось 11 сентября, прилетели американцы, талибы потеряли власть.

И на следующий год все вернулось на круги своя, снова заколосился мак, а по завершении страды караваны сырья и готовой продукции отправились за границу.

Опий для талибов. Что ждет афганский наркобизнес после ухода США

История повторяется через 20 лет на наших глазах. Талибы снова у власти, им опять хочется международного признания, а мировому сообществу не терпится перекрыть поток опиатов из Афганистана.

ЧИТАТЬ ТАКЖЕ:  Der Spiegel: Германия подозревает спецслужбы России в кибератаке на депутатов

Изменится ли что-нибудь на этот раз? Ответ на этот вопрос содержится в анализе причин наркокризиса и опыта двух десятилетий борьбы с ним.

Провал американцев

«Все усилия антинаркотической кампании с 2001 года, направленные на искоренение или хотя бы регулирование посевов мака, обернулись очевидным провалом», — не стесняются в выражениях ученые Afghanistan Research and Evaluation Unit (AREU) во главе со специалистом по афганскому сельскому хозяйству (то есть опию-сырцу) Адамом Пейном.

В работе, опубликованной в феврале, за полгода до хаотичной эвакуации американцев из Афганистана, они объясняют провал отсутствием внятной стратегии, которая была бы направлена на комплексное, единовременное устранение всех проблемных побочных эффектов наркоторговли.

Проблемы эти: гражданская война, преступность, отсутствие альтернативных источников заработка для большинства афганцев, а также социально-медицинский кризис из-за растущей наркозависимости преимущественного молодого населения.

Каждую из них пытались решить отдельно и с прицелом на быстрые результаты. И Вашингтону, и проамериканским властям в Кабуле нужно было что-то ответить критикам, которые указывали на расцвет наркоторговли и растущий поток афганского героина, несмотря на смену власти и военную операцию США и союзников в Афганистане.

В итоге вся антинаркотическая политика свелась к силовым методам: запретить, стереть с лица земли. Американцы бомбили лаборатории талибов, и к августу 2018 года отчитались о том, что уничтожили 200 из 400 или 500.

На объемах выпуска героина это никак не отразилось — технология проста, организовать новую лабораторию взамен разрушенной не составляет труда.

«Проблемы пытались решать исключительно техническими средствами. Уничтожать посевы, высаживать другие культуры, вводить запреты. Каждое из этих средств оказалось исключительно бесполезным в решении хотя бы одной из поставленных задач», — пишет Адам Пейн.

Опий для талибов. Что ждет афганский наркобизнес после ухода США

Цифры беспощадно подтверждают его оценки.

Если в 1992−93 годах маком в Афганистане было засеяно около 20 тысяч гектаров, то к 2000 году — втрое больше, 65 тысяч, свидетельствуют данные Госдепа США.

А за время американской оккупации площадь посевов выросла еще в 4 раза до 260 тысяч гектаров.

По оценкам ООН, на опиаты приходится около 10% всей экономической активности в стране, а объем их производства, экспорта и потребления вдвое превышает весь официальный экспорт всего остального из Афганистана. На пике цен и урожайности в 2017 году самая народная отрасль афганского хозяйства приносила вовлеченным в нее жителям 1,4 млрд долларов чистого дохода. К 2020 году доходы упали втрое вслед за ценами и ростом популярности синтетических опиатов и метамфетамина.

ЧИТАТЬ ТАКЖЕ:  Экс-глава Чувашии Михаил Игнатьев умер от коронавируса

Выводы Адама Пейна и его соавторов, которые лично занимались проблемой на месте многие годы, подкрепляют работы других ученых, изучающих связь между наркоторговлей, конфликтами и бедностью в мире.

Могут ли талибы запретить наркотики

В прошлом году группа исследователей во главе с профессором Лондонского университета Джонатаном Гудхэндом опубликовала похожее исследование, а в августе этого года, когда талибы начали брать один город за другим, Гудхэнд поделился неутешительным прогнозом.

«При любом сценарии развития событий — победа талибов, гражданская война или перемирие — никаких перемен в теневой наркоэкономике Афганистана не предвидится. Все обещают решить проблему, но ее корни уходят слишком глубоко», — пишет он.

Опий для талибов. Что ждет афганский наркобизнес после ухода США

При американцах талибы все равно контролировали значительную территорию и получали от наркоторговли до трети всех доходов. Годовой бюджет своей организации, признанной террористической и запрещенной в России и многих других странах, талибы не публикуют, а оценки пальцем в небо разнятся от 400 млн до полутора миллиардов долларов в год.

Из этой условной суммы условную треть талибы зарабатывали на крышевании производства и торговли наркотиками.

Остальное приносили помощь зарубежных доноров, еще менее склонных к открытости, и рэкет афганского бизнеса, законного и не очень — включая кустарную добычу золота, лазурита, изумрудов, угля, мрамора, меди и других полезных ископаемых.

ЧИТАТЬ ТАКЖЕ:  В российском регионе ввели квоту на домашних животных. В средней однушке можно держать до 20 кошек

Ни доноры, ни горные прииски не принесут талибам или любой другой власти в Афганистане достаточно денег, чтобы в одночасье отказаться от наркотиков — фундамента жизни и экономики страны.

Кроме того, за последние десятилетие наркоторговцы не только расширили внешний рынок для афганских опиатов, но и создали серьезный внутренний. То, что раньше было проблемой отдельных районов и групп населения, превращается в общенациональный кризис.

Число наркозависимых жителей в 40-миллионном Афганистане достигает 2,5 млн человек, система лечения и реабилитации отсутствует, а быстрый рост доступности синтетических наркотиков только усугубляет проблему.

В стране один из самых высоких в мире показателей наркозависимости, вдвое выше среднемирового.

«Наркоторговля играет слишком большую роль в стратегии выживания и у талибов, и у тех, кого сейчас поднимают на борьбу с ними, и у населения в целом. К сожалению, этот фактор приведет к росту мирового героинового рынка и подстегнет нарастающую эпидемию наркозависимости в Афганистане и соседних странах», — считает Гудхэнд, который возглавляет проект Drugs & (dis)order Школы востоковедения и африканистики (SOAS), целиком посвященный Афганистану, Колумбии и Мьянме — главным производителям наркотиков на планете.

Другими словами, наркоторговля продолжит раздувать гражданскую войну в Афганистане и бюджеты экстремистов всех мастей, подрывать здоровье молодой нации и сеять напряженность в приграничных районах соседних стран.

Как и в конце 1990-х, талибы могут начать государственное строительство со строгого запрета выращивать мак и торговать наркотиками.

Но хватит ли талибам зачатков их административного ресурса, чтобы регулировать конкурентный и доходный рынок, устоявший и окрепший даже под натиском самых богатых и хорошо вооруженных стран НАТО?

Чтобы избавить экономику и общество от наркозависимости, талибам потребуются деньги, всенародная поддержка, работающее здравоохранение, мир в стране и признание в мире. А также решимость забросить традиционный прибыльный бизнес и достаточно власти и силы, чтобы остановить других желающих заняться им.

Одного декрета о запрете наркотиков может не хватить.

Алексей Калмыков